Неточные совпадения
И трудолюбивая жизнь, удаленная от шума городов и тех обольщений, которые от праздности выдумал, позабывши труд, человек, так сильно стала перед ним рисоваться, что он уже почти позабыл всю неприятность своего
положения и, может быть, готов был даже возблагодарить провиденье за этот
тяжелый <урок>, если только выпустят его и отдадут хотя часть.
Положение Сергея Ивановича было еще
тяжелее оттого, что, окончив книгу, он не имел более кабинетной работы, занимавшей прежде большую часть его времени.
Во всем, что было
тяжелого в ее
положении, она обвиняла его.
Но, несмотря на то, что его любовь была известна всему городу — все более или менее верно догадывались об его отношениях к Карениной, — большинство молодых людей завидовали ему именно в том, что было самое
тяжелое в его любви, — в высоком
положении Каренина и потому в выставленности этой связи для света.
Алексей Александрович забыл о графине Лидии Ивановне, но она не забыла его. В эту самую
тяжелую минуту одинокого отчаяния она приехала к нему и без доклада вошла в его кабинет. Она застала его в том же
положении, в котором он сидел, опершись головой на обе руки.
— А вам случалось видеть, что люди в моем
положении не отправляются в Елисейские? — спросил Базаров и, внезапно схватив за ножку
тяжелый стол, стоявший возле дивана, потряс его и сдвинул с места.
Вспомнила она, как она в открытом, залитом вином красном шелковом платье, с красным бантом в спутанных волосах, измученная и ослабевшая и опьяненная, проводив гостей к двум часам ночи, подсела в промежуток танцев к худой, костлявой, прыщеватой аккомпаньяторше скрипача и стала жаловаться ей на свою
тяжелую жизнь, и как эта аккомпаньяторша тоже говорила, что тяготится своим
положением и хочет переменить его, и как к ним подошла Клара, и как они вдруг решили все три бросить эту жизнь.
Пока она молилась, он стоял погруженный в мысль о ее
положении, в чувство нежного сострадания к ней, особенно со времени его возвращения, когда в ней так заметно выказалось обессиление в
тяжелой борьбе.
Положение местных тазов весьма
тяжелое. Они имеют совершенно забитый и угнетенный вид. Я стал было их расспрашивать, но они испугались чего-то, пошептались между собой и под каким-то предлогом удалились. Очевидно, они боялись китайцев. Если кто-либо из них посмеет жаловаться русским властям или расскажет о том, что происходит в долине Санхобе, того ждет ужасное наказание: утопят в реке или закопают живым в землю.
Положение его в Москве было
тяжелое. Совершенной близости, сочувствия у него не было ни с его друзьями, ни с нами. Между им и нами была церковная стена. Поклонник свободы и великого времени Французской революции, он не мог разделять пренебрежения ко всему европейскому новых старообрядцев. Он однажды с глубокой печалью сказал Грановскому...
Иногда, притаившись за дверью, я с
тяжелым чувством зависти и ревности слушал возню, которая поднималась в девичьей, и мне приходило в голову: каково бы было мое
положение, ежели бы я пришел на верх и, так же как Володя, захотел бы поцеловать Машу? что бы я сказал с своим широким носом и торчавшими вихрами, когда бы она спросила у меня, чего мне нужно?
Те дербинцы, которые, отбыв каторгу до 1880 г., селились тут первые, вынесли на своих плечах
тяжелое прошлое селения, обтерпелись и мало-помалу захватили лучшие места и куски, и те, которые прибыли из России с деньгами и семьями, такие живут не бедно; 220 десятин земли и ежегодный улов рыбы в три тысячи пудов, показываемые в отчетах, очевидно, определяют экономическое
положение только этих хозяев; остальные же жители, то есть больше половины Дербинского, голодны, оборваны и производят впечатление ненужных, лишних, не живущих и мешающих другим жить.
Сам начальник острова находит, что «вообще
положение дел в Александровском округе по всем отраслям управления оставляет
тяжелое впечатление и требует многих серьезных улучшений; что же касается собственно делопроизводства, то оно слишком уж было предоставлено на волю писарей, которые „распоряжались бесконтрольно, судя по некоторым, случайно обнаружившимся подлогам“» (приказ № 314-й 1888 г.).
Галактион приходил к Луковникову с специальною целью поблагодарить старика за хороший совет относительно Мышникова. Все устроилось в какой-нибудь один час наилучшим образом, и многолетняя затаенная вражда закончилась дружбой. Галактион шел к Мышникову с
тяжелым сердцем и не ожидал от этого похода ничего хорошего, а вышло все наоборот. Сначала Мышников отнесся к нему недоверчиво и с обычною грубоватостью, а потом, когда Галактион откровенно объяснил свое критическое
положение, как-то сразу отмяк.
С этих пор патриотическое возбуждение и демонстрации разлились широким потоком. В городе с барабанным боем было объявлено военное
положение. В один день наш переулок был занят отрядом солдат. Ходили из дома в дом и отбирали оружие. Не обошли и нашу квартиру: у отца над кроватью, на ковре, висел старый турецкий пистолет и кривая сабля. Их тоже отобрали… Это был первый обыск, при котором я присутствовал. Процедура показалась мне
тяжелой и страшной.
Это белокурый, с пухлым и бледным лицом человек. Он лежит навзничь, закинув назад левую руку, в
положении, выражающем жестокое страдание. Сухой открытый рот с трудом выпускает хрипящее дыхание; голубые оловянные глаза закачены кверху, и из-под сбившегося одеяла высунут остаток правой руки, обвернутый бинтами.
Тяжелый запах мертвого тела сильнее поражает вас, и пожирающий внутренний жар, проникающий все члены страдальца, проникает как будто и вас.
Черных дней выпадало на его долю гораздо больше, чем светлых: тоскливое, нудное пребывание в скучном
положении молодого, начинающего фараона, суровая, утомительная строевая муштровка, грубые окрики, сажание под арест, назначение на лишние дневальства — все это делало военную службу
тяжелой и непривлекательной.
Здесь вдова-камергерша Мерева, ее внучка, которой Помада когда-то читал чистописание и которая нынче уже выходит замуж за генерала; внук камергерши, в гусарском мундире, с золотушным шрамом, выходящим на щеку из-под левой челюсти; Алексей Павлович Зарницын в вицмундире и с крестом за введение мирового
положения о крестьянах, и, наконец, брат Евгении Петровны, Ипполит Петрович Гловацкий, которого некогда с такими усилиями старались отратовать от
тяжелой ответственности, грозившей ему по университетскому делу.
Поспешно выдергивались колышки с веревками, полк выравнивался, подтягивался, замирал в ожидании, — но проходило несколько
тяжелых минут, и людям опять позволяли стоять вольно, только не изменять
положение ступней.
Тяжелый доктор Крупов показался Круциферскому небесным посланником; он откровенно рассказал ему свое
положение и заключил тем, что ему выбора нет, что он обязан принять место.
Последнее было верней. Наталья Федоровна, очнувшись от своего
тяжелого бреда, решила воспользоваться предписанным ей покоем, чтобы всесторонне обдумать свое
положение, образ своих дальнейших действий и до окончательного решения не желала разговаривать с мужем.
Положение Татьяны в семье было очень
тяжелое. Это было всем хорошо известно, но каждый смотрел на это, как на что-то неизбежное. Макар пьянствовал, Макар походя бил жену, Макар вообще безобразничал, но где дело касалось жены — вся семья молчала и делала вид, что ничего не видит и не слышит. Особенно фальшивили в этом случае старики, подставлявшие несчастную бабу под обух своими руками. Когда соседки начинали приставать к Палагее, она подбирала строго губы и всегда отвечала одно и то же...
— Чего рассказывать. Третьего года мы отправились втроем на эмигрантском пароходе в Американские Штаты на последние деньжишки, «чтобы испробовать на себе жизнь американского рабочего и таким образом личнымопытом проверить на себе состояние человека в самом
тяжелом его общественном
положении». Вот с какою целию мы отправились.
— Прекрасно. Несмотря, однако ж, на это, несмотря на то, что у нас под ногами столь твердая почва, мы не можем не признать, что наше
положение все-таки в высшей степени
тяжелое. Мы живем, не зная, что ждет нас завтра и какие новые сюрпризы готовит нам жизнь. И все это, повторяю, несмотря на то, что наш народ здоров и спокоен. Спрашивается: в чем же тут суть?
Он вообще вел себя скромно и никогда не роптал, но частые вздохи и постоянно тоскливое выражение глаз показывали, что выпавшее ему на долю
положение тяжелым камнем легло ему на сердце.
Все было странно спокойно и неприятно просто. Казалось, что все издавна привыкли, сжились со своим
положением; одни — спокойно сидят, другие — лениво караулят, третьи — аккуратно и устало посещают заключенных. Сердце матери дрожало дрожью нетерпения, она недоуменно смотрела на все вокруг, удивленная этой
тяжелой простотой.
— Я не могу ответить вам, — сказала графиня, едва сдерживая рыдания. — Я обязана забыть все, что было мне когда-то дорого, и о том же умоляю вас, сжальтесь — не делайте моего
положения еще
тяжелее.
Вступив в казарму, меня поразил особенный
тяжелый запах, звук храпения нескольких сотен людей, и, проходя за нашим проводником и Зухиным, который твердыми шагами шел впереди всех между нарами, я с трепетом вглядывался в
положение каждого рекрута и к каждому прикладывал оставшуюся в моем воспоминании сбитую жилистую фигуру Семенова с длинными всклокоченными, почти седыми волосами, белыми зубами и мрачными блестящими глазами.
Неудачный декламатор очутился в
положении самого
тяжелого рабства, которое он не в силах был разорвать и которое он всюду таскал за собой, как каторжник таскает прикованное к ноге ядро.
Он думал и имел, по-видимому, не сладкую думу, потому что опущенные книзу веки его глаз, несмотря на недавнее утреннее омовение их при утреннем туалете, начинали видимо
тяжелеть, и, наконец, на одной реснице его проступила и повисла слеза, которую он тщательно заслонил газетным листом от пробегавшей мимо его в ту минуту горничной, и так в этом
положении и остался.
— Ваша роль, — добавила она, поднимаясь с дивана и становясь пред Висленевым, — ваша роль, пока мы здесь и пока наши отношения не могут быть иными как они есть, вполне зависит от вас. Назвать вас тем, чем вы названы, я была вынуждена условиями моего и вашего
положения, и от вас зависит все это даже и здесь сделать или очень для вас
тяжелым, как это было до сей минуты, или же… эта фиктивная разница может вовсе исчезнуть. Как вы хотите?
Поэтому, с его характером, образовалось военное
положение, и с гневом, с
тяжелым чувством безобразия минувшей сцены я лег, но лег не раздеваясь, так как не знал, что еще может произойти.
Положение временного правительства было настолько
тяжелым и безысходным, что вряд ли можно его строго судить и обвинять.
Но при низком уровне сельскохозяйственной культуры, при социальной неустроенности крестьян
положение было
тяжелым и среди крестьян было постоянно недовольство и мечта о новом устроении.
После долгих лет
тяжелой и ответственной службы — ни
положения, ни средств для сколько-нибудь сносного существования в случае отставки, одним словом — все та же подначальная жизнь, все та же лямка…
Когда я занимал уже хорошее
положение в московской печати, ко мне зашел Саша Яковлев в какую-то
тяжелую для него минуту жизни.
Везде слышатся жалобы на застой торговли и промышленности и вообще на плохое экономическое
положение; указывают на
тяжелые условия жизни рабочих классов и на всеобщее обеднение масс.
Несмотря, однако, на это,
положение ее было
тяжелое.
— Итак, вы говорите, любезный Лесток, что
положение вашей очаровательной пациентки становится день ото дня
тяжелее и опаснее…
Опыт многократный, в самом деле горький опыт, научил его давно, что всякое сближение, которое вначале так приятно разнообразит жизнь и представляется милым и легким приключением, у порядочных людей, особенно у москвичей,
тяжелых на подъем, нерешительных, неизбежно вырастает в целую задачу, сложную чрезвычайно, и
положение в конце концов становится тягостным. Но при всякой новой встрече с интересною женщиной этот опыт как-то ускользал из памяти, и хотелось жить, и все казалось так просто и забавно.
Одним словом, я вернулся ни с чем, кроме
тяжелого предчувствия, что мой первый блин выйдет комом. Мое
положение было до того скверное, что я даже не мог ничего говорить, когда в трактире Агапыча встретил «академию». Пепко так и сверлил меня глазами, изнемогая от любопытства. Он даже заглядывал мне в карманы, точно я по меньшей мере спрятал Голконду. [Голконда — древний город в Индии, славившийся своими богатствами.] Меня это взорвало, и я его обругал.
До русских гольды платили ясак маньчжурам, причем разные роды вносили его в разное время, вследствие чего в самом выгодном
положении оказался род Бельды, а в наиболее
тяжелом — род Дэонка. Тогда очень многие гольды из родов Дэонка, Перминка, Актенка, Соянка, Цоляцанка и Кофынка при опросе их маньчжурами назвались Бельды. Остальные роды — Марян, Посар, Оджал, Ходзяр, Моляр, Цзахсур и Юкомика — остались с прежними названиями.
Доктора определили сильнейшую нервную горячку, объявив, что
положение очень опасно и что при такой
тяжелой форме, вызванной страшным потрясением не только всей нервной системы, но и мозга, исходов болезни только два — смерть или сумасшестие.
Виновником этого был, прежде всего, сам граф Казимир. Аббат Грубер и его партия видели это и были им недовольны.
Положение графа было
тяжелое.
Цепь, приковывающая его к этой женщине, становилась все
тяжелее и
тяжелее и парализовала даже те мгновения наслаждения, которые одни искупали его
положение скованного по рукам и ногам раба.
По грубости кожи, глубоким морщинам, резкообозначенным жилам на шее, лице и руках, по неестественной сутуловатости и кривому, дугообразному
положению ног видно было, что вся жизнь его прошла в непосильной, слишком
тяжелой работе.
Она рассказала всё происшедшее между ею и отцом; рассказ обновил всю горечь оскорбления, уяснил безвыходность
положения, и она, конечно, пришла бы в отчаяние, если б не поддержал ее этот добрый муж, слабый по своему характеру и менее ее дальновидный по своему уму, но зато не впадавший в крайности и не терявший присутствия духа и рассудка в
тяжелые минуты жизни.
Они страшно затруднили их движение с
тяжёлыми осадными орудиями и ещё более ухудшили их и без того незавидное
положение.
Глафира Петровна продолжала разлагольствовать на эту тему, как это всегда бывает с больными старухами, для которых болезнь их является всегда неистощимой и главной темой разговора. Она останавливалась, отдыхала и снова начинала жаловаться на свое
положение, на то, что дни ее сочтены. Дарья Николаевна сперва старалась ее разубедить в
тяжелых предчувствиях, но затем замолчала, видя, что генеральша в этих именно жалобах находит для себя удовольствие.
Мне приходится бороться с
тяжелыми для меня требованиями и мне не с кем обдумать моего
положения, не с кем сказать слова.